Это не ваша вина

Откуда берутся свободолюбивые люди?
Отношение к себе, людям, миру начинается с детства.
Образование играет важную роль.
Оно может зомбировать, а может научить убирать рамки в своей голове.

Многие взрослые ходят к психологам, посещают курсы,
программы и в большей степени для того, чтобы изменить свое мышление.
Гораздо проще и эффективнее начать с детства,
а именно создать такие условия в обучении,
когда ребенок думает САМ вместо получения готовых знаний,
а все остальные инструменты – пособия, конспекты, всего лишь направляют.

Ученые заявляют, что в 21-м веке важно научиться учиться,
зубрежка и собирание энциклопедических знаний устарело и
показало малую эффективность.

Авторитет школьного образования (ЕГЭ отдельное “спасибо”)
неуклонно падает, среди родителей, детей и учителей.
Многие родители водят детей к репетиторам,
но они больше “натаскивают” на сдачу предметов,
нежели меняют отношение к обучению,
не говоря о прививании “любви” к образованию.

Кто-то уходит на семейное образование,
но там возникает масса вопросов:
кому учить, когда, чем, что взять в основу…

Образовательное информационное пространство
напичкано тезисами, но единой системы не наблюдается,
возникает множество альтернативных методик, школ.
Каждая хороша по-своему. Мы выбрали за основу методику Н.А.Зайцева.

Педагоги,которые начали 20-25 лет назад обучать детей по данной методике
заметили, что дети гораздо лучше учатся, схватывают на лету, быстрее находят себя в жизни.

Мы начинаем интернет-курс “Подготовка к школе” по методикам Зайцева. Приглашаем вас с детьми на бесплатные уроки, начало первого урока 04 марта 12-00 мск!
В интернет-курсе мы обучаем детей чтению, письму, счёту.
Запись на курс здесь >>> http://housenn.ru/pre18

——————————————

Описание полного курса “Подготовка к школе” >>> http://housenn.ru/starters

——————————————

Если вы намерены идти на полный курс, то сейчас самое время – до начала курса действует низкая цена:

– 7900 р за 2 месяца полное участие(участие в онлайн занятиях, материалы для скачивания, участие в чате и закрытой группе, возможность пойти на следующий курс без оплаты при условии выполнения заданий) Оплата 7900 р: https://vk.cc/7L6OlG

Кому нужен полный доступ ? Мы советуем данный доступ родителям, желающим обучить детей, подготовить к школьной программе начальных классов.

– 3900 р за 2 месяц за доступ к видеоурокам (просмотр всех записей и материалы для скачивания) Оплата 3900 р: https://vk.cc/7L6G0x

Кому нужен доступ к записям? Мы советуем педагогам, кураторам детских центров.

«Если ребенка сразу (не) приучишь, то так будет всегда» ?

Одна из самых вредоносных формул в воспитании звучит так: «Если ребенка сразу (не) приучишь, то так будет всегда». Не нужно приучать к рукам. Нужно сразу приучать к аккуратности. Не нужно приучать спать с мамой. Нужно сразу приучать оформлять письменные работы правильно. И т. д., и т. п.

Ну, что за чушь, а? Такой подход подразумевает взгляд на ребенка как на банку с крышкой, куда что засунешь, так оно там и останется. При всей очевидной вроде бы абсурдности этот взгляд обладает прямо-таки магнетическим действием, буквально гипнотизируя взрослых. «Ну как же так? Так и оставить? Но ведь тогда он будет ВСЕГДА (сосать палец, рыдать в магазине игрушек, забывать сделать уроки, играть в компьютер, любить Диму Билана – нужное подчеркнуть)! Нужно же что-то делать!». А-а-а, мы все умрем

Я обычно говорю: «Слушайте, это вообще интересный ход мысли. Предлагаю не переводить ребенка за руку через дорогу. Надо сразу приучать! А то что же, так и будет ВСЕГДА только с нами ходить?». Замешательство. «Нет, так нельзя, это другое». Чем другое, а? Вот ребенок боится спать один. Ну, мы-то конечно знаем, что скелет под кроватью, которого он боится – нереален, в отличие от машин на дорогах. Но для него-то реален! Гораздо более чем, потому что скелета, такого страшного, он почти прямо видит, и почти прямо слышит, как тот скребет своими костями об пол. А машина – чего ее бояться? Едет и едет. Яркая, красивая.

(Как, интересно, дети объясняют себе, почему от одних опасностей взрослые готовы их оберегать и даже с чрезмерным рвением, а другим спокойно отдает на растерзание, да еще и стыдит, что ты боишься? Какая у них на эту тему версия в голове? Хотелось бы узнать.

Или вот начальная школа. Ну, зачем в первом классе уделяется столько внимания оформлению? «Чтобы сразу приучить, а то…». ОК, давайте приучим сразу интегралы решать? Почему-то мысль о том, что семилетний ребенок не может решать интегралы, очевидна. А мысль о том, что он НЕ МОЖЕТ просто в силу возрастных особенностей, упомнить все эти алгоритмы: четыре клеточки сюда, а если на последней строке, то не начинаем, а если не поместилось, то вот так. И все это надо делать одновременно с собственно письмом и думаньем!

Такой чудесный возраст – с 7 до 10! Такой творческий, богатый, такой страстный интерес к тому, как устроен мир, такая способность к неожиданным обобщениям, ассоциациям, такая синтетичность восприятия любого предмета! Видеть мир не как набор научных дисциплин, а весь, как живой единый организм, думать о бабочках, о звездах, о составе грязи под ногтями, об ураганах, о викингах, об атомах, о том, почему люди смеются – с интервалом в пять секунд, а то и вовсе одновременно. Не просто думать – ЧУВСТВОВАТЬ про это, пропускать через всего себя. Эти невероятные упорство и самоотдача в занятии тем, что интересно! Часами, с упоением, забыв обо всем, футбол ли это, конструктор, рисование, фантазирование – у кого что! Придумываются игры, рождаются свои Швамбрании и Терабитии, все эти клады, тайны, шифры. Стремительное развитие всех мыслительных функций, как цветок в ускоренной съемке разворачивается из бутона. Растет (должна расти, по крайней мере) уверенность в себе, самостоятельность, способность действовать в неожиданных, меняющихся обстоятельствах. Тяга к приключениям, к новому опыту. Зарождение дружбы, уже не детской, а настоящей, которая может быть на всю жизнь.

Идеальный мир ребенка этого возраста показан в мультиках «Земля до начала времен». Своя компания друзей, свобода, настоящие приключения, но где-то рядом есть мудрые и сильные взрослые, которые, если что, придут на помощь, а вечером уложат спать. И больше от них ничего не нужно.

А теперь подумаем, на что тратятся эти годы. Четыре клеточки вниз, две строки пропустить. О чем ты думаешь, Петров? Ты опять витаешь в облаках на уроке? ЧЕТЫРЕ клеточки, что тут не понятно? Еще раз, закрепляем. Повторим. Перепиши два раза. Напиши три строчки этого слова. Не шепчитесь. Не разговаривайте. На перемене не бегайте.

Почему у тебя такой бардак в портфеле? Неужели трудно аккуратно заполнить дневник? Хватит играть, нам некогда, пора на английский. Мы не можем позвать в гости Владика, ты не успеешь позаниматься музыкой. Ты не пойдешь гулять, пока не будут сделаны уроки.

ВСЕ поперек задач возраста, ВСЕ вопреки природе ребенка.

Учебники. Тоска смертная. Кто подбирает эти тексты? Кто закладывает эти бесконечные тошнотворные петли повторений пройденного, так что у ребенка создается стойкое впечатление, что отходил четверть и НИЧЕГО нового не узнал? (Исключение – учебники Л. Петерсон. Очень правильно сделаны с учетом возраста, но в школах их не любят – сло-о-жно… Думать надо… Лучше еще разок повторить…)

Нормативы оценок: диктант без одной ошибки, но неаккуратно и с исправлениями. Трояк. Мораль для ребенка: содержание – ничто, форма – все. Главное, чтобы смотрелось, суть не так важно. Еще одна мораль: ошибка фатальна. Заметил и исправил – это тебя не спасет. Потом удивляемся, откуда неврозы и склонность опускать руки при первой же неудаче…

Программа: разделение на предметы, на темы, на блоки. Все раздроблено, один урок закончен, другой начат, одна тема, потом другая, связи никакой. Ребенок приходит в конце первого класса со слезами: «Задача не получается!» Проверяю – все верно, на одной полке 9 книг, на другой 15, ответ 24. Ребенок, уже в голос рыдая: «Ответ не может быть 24, потому что – внимание! – мы еще не выходим за пределы двух десятков! Я неправильно решила, пойду еще думать». Убиться об стену. Час отчаянных усилий на то, чтобы ребенок все-таки сделал вывод, что верить надо себе, своему разуму, а не непонятным рамкам, которые сами же составитель учебника по невнимательности нарушили. А если б не пришла?

Слушайте, я честно не понимаю, зачем это, а? Зачем вытаптывать все, что в это время бурно растет, и старательно возделывать то, что расти еще не должно и не может? Как в известной сказке про дуру-принцессу, возжелавшую подснежников в декабре и испортившую всем праздник, и без подснежников обещавший быть веселым.

Почему нельзя ПРОСТО ПОДОЖДАТЬ?

Вот 10-11 лет. Синтетичность мышления уступает место аналитичности. Просыпается страсть к коллекционированию, систематизации, классификации, наведению порядка, интерес к деталям, внимание не к связям, а к различиям и противопоставлениям. Так давайте! Вот сейчас давайте и объясним про четыре клеточки, и про аккуратное ведение дневника – пойдет как по маслу. Раз, два – и все всё поняли. И отвращения еще не получили к самому процессу, с удовольствием, с азартом – кто лучше победит хаос и создаст порядок? Теперь это соответствует возрасту, этого просит душа, это будет в самый раз! Зачем тратить на это часы и нервы, когда это не в масть, не вовремя, некстати? Зачем ломиться в дверь, которая еще закрыта и которая сама в свое время обязательно откроется?

Это ведь все вроде описано в возрастной психологии и даже в педвузах изучается. Ну, или по крайней мере, видно просто при наблюдении за детьми, при работе с ними. Конечно, конкретные дети могут быть со своими особенностями развития, но общие тенденции все равно в этом примерно русле.

Почему особенности возраста игнорируются? Мне кажется, причиной – как раз вот этот страх. «Если сразу (не) приучишь, то…». Восприятие ребенка как неживого, несубъектного, неразвивающегося, не стремящегося к лучшему и большему. Маниакальная уверенность взрослых, что детей именно они воспитывают и формируют, и надо все предусмотреть, заложить хорошее, заблаговременно пресечь плохое. В результате ребенок, к которому относилась как к объекту применения воспитательных усилий, к подростковому возрасту нередко и становится объектом, почти неодушевленным предметом, который «ничего не хочет». Лежит на диване и щелкает пультом. Это бывает у детей, выросших в казенном доме, которым все время указывали, что им делать и когда, и, как ни странно, у детей родителей, которые «посвятили им жизнь» и всегда «знали, как надо». Потому что все, чего ребенок когда-либо хотел, было «не то и не так», а все, чего, по мнению взрослых, ему следовало хотеть, и иногда он даже делал вил, ничего не давало его уму и сердцу, это ведь они хотели, а не он. Ну, и отхотели все. И самих взрослых все это делает глубоко несчастными, они убиваются из-за двоек и троек, из-за неаккуратного дневника, а потом – из-за того, что «ему ничего не интересно», и «он не желает ходить в школу».

Навеяно двумя параллельными впечатлениями. За окном – все тает, хотя только вчера казалось, что зима навечно. У ребенка вдруг в дневнике и тетрадях красота и аккуратность, в начале года было жуть что. Моей заслуги в этом ровно столько же, сколько в приходе весны. Я открываю-то все это хозяйство раз в три месяца, поэтому бросилось в глаза. Просто равноденствие, перелом. Просто дочке уже скоро будет десять.

Регистрируйтесь на нашем обучающем портале  http://onlineso.ru/wpm/start

#домашнееобразование #свободноеобразование #домашнееобучение #семейноеобразование #альтернативноеобразование #дети #ребенок #родители #школа

Только теперь, когда у меня четверо детей, я научилась спокойно реагировать на смелые заявления других родителей


Только теперь, когда у меня четверо детей, я научилась спокойно реагировать на смелые заявления других родителей: что их дети никогда бы себе чего-то «такого» не позволили, что их дети никогда не лечились антибиотиками, что их дети уже в два года рисуют человечков, а в восемь могут двадцать раз отжаться. Я спокойно отвечаю: «75% моих детей тоже никогда бы себе такого не позволили, 50% моих детей ни разу не лечились антибиотиками, 25% моих детей в два года научились рисовать человечков и половина спокойно отжимается даже не двадцать, а двадцать пять раз».

Десять лет назад, когда я была молодой мамой одного мальчика Саши, мне казалось, что я знаю о детском воспитании все. А именно – что мой ребенок является примером полнейшего родительского педагогического провала и моя материнская карьера, едва начавшись, пришла к бесславному концу. Сашенька рос неуправляемым, буйным и до средней школы не показывал никаких художественных склонностей или талантов. Вообще. Я делала все, что могла, чтобы развить его интеллект с пеленок – назубок знала методики Монтессори, Зайцева, Домана, Никитиных, покупала журналы со статьями о детской психологии, шила для малыша игрушки в виде тряпичных букв, набитых гречкой, ставила классическую музыку и показывала альбомы с картинами эпохи Ренессанса. Но, еще не научившись стоять на ногах, мой первенец превратился в тирана, своим ором и бескомпромиссностью, терроризировавшего всю семью. С ним невозможно было никуда пойти – две попытки посетить кофейню и ресторанчик увенчались провалом, несъеденной едой и недоумевающе-раздраженными взглядами других посетителей. Потому что Сашенька, полуторагодовалый сообразительный мальчик, просто орал. Он орал в гостях, он орал во всех людных местах, он орал и не слушался везде, где мы бывали. Дома он вывел из строя всю бытовую технику, до какой мог добраться и даже развинтил офисное кресло! За полтора года как-то наловчившись обращаться с ним, я прониклась скепсисом по отношению ко многим методикам развития детского интеллекта – я твердо решила, что придуманы они а) для девочек б) для достойных родителей, а не для таких тряпок, как я.

Когда я была мамой только одного мальчика Саши, мне казалось, что я знаю о детском здоровье все. Саша, которому уже сейчас одиннадцать – не болеет. Никогда. Вообще. Едва у малыша зажил пупок – я стала выкладывать его, голого, в одной распашонке, на одеяльце, расстеленное прямо на полу. Малыш рос и развивался без шапочек и носочков, получал в неограниченных количествах грудное молоко, спал вместе с родителями до двух лет и был возим на море, в палаточный лагерь с песком и «антисанитарией», с шести месяцев. Его пеленки никогда не гладились, а посуда не стерилизовалась. Потому, когда знакомые мамы жаловались, что их дети болеют, у меня было мое собственное твердое мнение на этот счет: а сами виноваты. Кутать не нужно было. И грудью кормить хотя бы года полтора.

 

И потом у меня родилась девочка Катя. Если бы Катя оказалась первым и единственным моим ребенком, то я бы однозначно примкнула к тем мамам, которые, стоя в сторонке со своим опрятным послушным малышом и наблюдая за чужой безобразной истерикой, сказали бы: «вот моя девочка никогда бы себе такого не позволила!» и поставила бы себе честный жирный плюс. Катя была из тех младенцев, о которых пишут недоумевающие от чужих бед родители: «чего вы киснете, вам нужно развеяться! Смело берите ребенка с собой в рюкзачок и идите гулять, идите на выставку, идите в кино, в гости – не замыкайтесь в четырех стенах и не бойтесь носить ребенка с собой!». Катя с самых первых дней спала в своей отдельной кроватке, в другой комнате (что-то немыслимое в контексте младенца Саши) и могла часами лежать там, рассматривая подвешенные вдоль бортика игрушки, пока мы с ее старшим братом благополучно занимались на ковре рядом. Детская ревность? Я таких слов не знала, моя материнская самооценка стремительно росла. За первые Катины два месяца мы исколесили всю Киевскую и частично Черниговскую области. Без проблем останавливались в придорожных кафе, я даже возила Катю с собой в институт и библиотеку!

 

Но в три месяца случилось нечто ужасное. У дочки мало того, что поднялась температура – она начала кашлять! Я была уверена, что такого не бывает, что это не из моей реальности – давать ребенку какие-то лекарства, водить к врачу… Мне казалось, что просто нужно меньше паники, больше грудного молока, поносить на ручках – и все пройдет. Именно это я без тени сомнения советовала другим мамам, у которых болели дети. Я была уверена, что это не дети болеют, а их мамам нечем заняться. Но кашель почему-то не прошел. Врач, прописавшая нам антибиотики неделю назад (ан-ти-би-о-ти-ки? Да никогда в жизни!) сказала твердо, так, что даже я послушалась: «вам нужно ложиться в больницу. Немедленно. В любой момент у девочки может развиться пневмония». Две недели мы провели в больнице, получая уколы и всевозможное лечение. Я стала осторожнее. Дочка болеет в среднем раз в три месяца – любой вирус, летящий по воздуху, словно прельщается кроткой беспомощностью этой нежной хрупкой белокурой девочки, и Катюша заболевает. И как заболевает! Если поднимается температура, то не ниже тридцати девяти! И, как минимум, две недели сидения дома нам гарантированы. В пять лет, в конце весны, когда ее брат вовсю купался и гонял босиком, жарким маем, Катюша умудрилась схватить двустороннее воспаление легких. В семь, тоже летом – сильную ангину. В восемь – два пиелонефрита подряд. Благодаря Катюше я научилась «читать» анализы крови и мочи, научилась делать жаропонижающие уколы и разводить порошковый антибиотик для инъекций. Нас хорошо знают как минимум в трех больницах города. Почему?.. Что я сделала не так? Ответа на этот вопрос я так и не получила.

И вот передо мной оказались два совершенно разных ребенка. Рожденных от одинаковых родителей, употребляющих одинаковую пищу, живущих в одной комнате – и потрясающе, невообразимо разных! Немыслимые, невозможные для Саши вещи – его сестра делает с легкостью, словно никто ее этому и не учил. В то же время Сашина собранность, методичность, ответственность – чужды «летающей в облаках» Катюше. Наша старшая девочка почти не ходила в садик и могла часами сидеть, складывая пазлы (Саша, до определенного возраста, эти пазлы ел) и рисовала потрясающие картинки. Слушала книжки, которые я могла читать ей с утра до вечера. Как будто бы сама, без чьей-либо помощи, научилась читать и писать. А ведь первые Сашины полгода в школе были суровым испытанием! Из детского сада моего первенца выпустили с рекомендацией «индивидуального обучения», и, откровенно говоря, в семь лет он был совершенно не готов к школе. По инерции, я продолжала несколько лет считать себя матерью-неудачницей и всячески оправдывалась перед учительницей, но в пятом классе выяснилось, что у Саши очень все хорошо складывается с математикой. Более того, он начал читать толстые романы из «Библиотеки приключений» и детскую классику, а также рисовать хитрые инженерные чертежи и топографические карты. Мне очень хотелось отдать сына в какой-то кружок, но он нигде не приживался, пока мы не дошли до карате. За четыре года Саша достиг немалых успехов, заработав «синий» пояс и кубики на животе. Сын подрос, посолиднел и стал настоящей опорой в семье – ответственный, собранный, способный помыть посуду, приготовить для всех вкусный завтрак, поменять колесо машины и сделать массу других полезных вещей. И, главное, он очень добрый и отзывчивый.

Когда Саша учился в пе

 

рвом классе, у меня родились Евфросиния с Никитой. С первого беглого взгляда на эту парочку стало ясно, кто есть кто. Разные, как день и ночь, они не то что не походили на брата и сестру – а вообще на близких родственников! Белокурая, голубоглазая, с носиком-кнопочкой Ефросиша оказалась по характеру полным антиподом своей старшей сестры (нежной, легкоранимой, тихой) и на порядок спокойнее Саши в аналогичном возрасте. Если Саша «брал свое» ором, то Евфросиния придумывает более изощренные и артистичные способы. Она бойкая, уверенная в себе и очень вредная. Она одна из всех четырех моих детей на замечание строгим голосом пристально посмотрит в глаза и спросит: «Что такое, мама?» Глядя на Евфросинию, мне очень часто хочется воскликнуть : «Моя дочка никогда бы себе такого не позволила!» В то же время, когда Евфросиния начинает рисовать – у всех дух захватывает от того, насколько уверенными получаются штрихи и линии из-под ее крошечных пухлых пальчиков! Ее единоутробный брат Никита, рожденный семью минутами позже, – кареглазый (единственный из всей четверки), скуластый, тихий, упрямый и обидчивый. Глядя на эту парочку, понимаешь, что видишь словно две половинки единого целого, дополняющие друг друга. Никита, когда только родился, был похож на крошечного персонажа Вицына из «операции Ы». Тихий меланхолик, склонный к не совсем законным поступкам. Никита предпочитает быть «ведомым» сестрой и стоит за нее горой. В аквапарке на праздновании своего Дня рождения удалось протащить четырехлетнюю Евфросинию на взрослую «трубу», которой она не то что не испугалась, а отнеслась со сдержанным серьезным одобрением, сказав, что «не страшно и хорошо». Никита же, снаряженный в надувной круг со шлейками, едва-едва освоил крошечную детскую горку высотой полтора метра и наотрез отказывался исследовать более серьезные развлечения. Когда шайке малолетних разбойников исполнилось два года, я решила отдать их в садик. Многие годы я была ярым противником всяческих дошкольных учреждений. Старший сын ходил туда примерно полтора года и очень страдал. Но обстоятельства моей жизни и работы складывались тогда таким образом, что иных вариантов не оставалось. Дочка ходила примерно год и страдала еще больше. Садик – это, наверное, самое страшное (кроме больниц, конечно), что случалось в ее жизни. Сашу и Катю мало увлекали детские утренники, коллективные занятия, хороводы и жизнь в социуме. Конечно, спустя пару недель, привыкнув, они перестали плакать по утрам в раздевалке, но зато как продолжала плакать я – от осознания, что моим детям там не место. «Максимум в шесть лет. В подготовительную группу» – размышляла я раньше, «не понимая» родителей, которые эти садики хвалят. И вдруг – шок. Козявочкам едва стукнуло два, они только научились ходить на горшок и еще совсем не умеют сами одеваться – и я веду их в детский сад. Моя старшая дочка просидела возле меня несколько лет до школы: тихо, как мышка, что-то рисуя и вырезая картинки. Но, оказалось, в природе существуют и такие дети, которым сад – прямым образом показан. Плохо управляемые, активные, скучающие дома, готовые к командной работе Ефросиша и Никита рвались к играющим на площадке детям, возились с ними, терроризировали родителей и брата с сестрой, и у меня просто не оставалось выбора. К этому моменту я поняла, что как мама – совершенно ничего не понимаю в детях и в материнстве.

Когда-то я считала, что для того, чтобы ребенок не болел, нужно его просто закалять и не давать антибиотики «по первому чиху». Это сработало ровно с половиной моих детей! Когда-то (пусть и недолго) я считала, что истерики на улице, ор и ужасное поведение зависит от родительского воспитания. Действительно – я смогла воспитать целого одного ребенка, который никогда не кричал ни на улице, ни дома! Когда-то я считала, что жесткий режим дня и кормления – пережитки прошлого, но опыт с двойняшками показал, что если у нас не будет режима, то у этих детей не станет и мамы. Ровно в девять вечера в доме наступает отбой, а в семь утра подъем. А несколько лет назад у нас все ложились, когда хотели и просыпались тоже, когда получится. Такой расклад казался мне прогрессивным и «экологичным». Когда-то я считала, что талант есть у каждого ребенка и проявляется он в раннем возрасте, все зависит от родительской настойчивости. На деле оказалось, что все очень индивидуально и родительская настойчивость должна проявляться прежде всего в развитии у ребенка ощущения, что его безоговорочно любят, каким бы он ни был. Я искренне не понимала и даже обижалась на тех знакомых, которые спрашивали, почему я не отдаю Катюшу в садик. Сейчас же я понимаю, что, несмотря на солидный опыт, я совершенно не могу ничего кому-либо советовать. Все детки разные и, получается, только мама знает наверняка, что на самом деле нужно ее ребенку и как «правильно» его лечить и воспитывать. Пожалуй, это и есть единственный совет, который могу дать без сомнения в собственной правоте.

Ольга Яценко

#домашнееобразование #свободноеобразование #домашнееобучение #семейноеобразование #альтернативноеобразование #дети #ребенок #родители #школа

Трансформация обиды в положительную энергию развития и успеха

Каждому человеку свойственно обижаться. Вот даже сегодня по дороге на работу кто-то нечаянно наступил вам на ногу и не извинился. Обидно? Конечно! Или накануне любимый человек сказал или сделал что-то не так. Обидно? Еще бы! Или вы сами, задумавшись, глотнули слишком горячий кофе и обожглись. И тут же обиделись: на себя, на кофе и на весь мир. Вот незадача…
Несмотря на то, что чувство обиды очень распространено и его регулярно испытывает каждый человек, необходимо понимать его вредоносность и поддаваться этому ощущению как можно меньше. Чтобы вы, уважаемые друзья, максимально осознали, почему я так настойчиво советую вам избегать ощущения обиженности, считаю необходимым «расшифровать» это чувство: откуда оно берется в душе и почему так сильно влияет на человека.

Сразу должен сказать, что никого ничем обидеть НЕВОЗМОЖНО. Человек сам принимает решение, обижаться ему или нет. В большинстве случаев, конечно, обижается: а как еще воспринимать несправедливое замечание начальника, как реагировать на уход любимого человека к кому-то, на ваш взгляд, менее ценному, как еще показать миру свое недовольство уровнем жизни?

В своих обидах взрослые люди выглядят несколько смешными и похожими на детей ясельного возраста, которые обидами и обильными слезами добиваются внимания. Чего может добиться человек, давно перешагнувший этот возраст, но обижаться по поводу и без повода не прекративший, причем обижается он серьезно и верит, что это чувство ему как-то поможет в жизни?

Он не понимает, что обида – деструктивное ощущение, мешающее развитию его личности. Обижающиеся люди никогда не достигают успеха ни в одной из сфер жизни.
Если впустить обиду себе в душу и позволить ей там обосноваться, она станет основным ощущением, не позволяющим развиваться другим чувствам. Она же и начнет уничтожать в зародыше все самые благородные порывы человека, необходимые для личностного роста.
Обида – главный тормоз в достижении целей.
Обида – причина заболеваний, возникающих на физическом плане.
Вы понимаете, насколько это серьезно?!

В основе всех обид лежат неоправданные ожидания и нереализованные желания. В общении с близкими людьми, к которым вы неравнодушны, вы находитесь в постоянном ожидании чего-то: вот мама купит куклу (не купила); вот мой парень сегодня ради меня раньше освободится от дел, и мы пойдем в кафе (не освободился, не пошли); вот мой ребенок идеально выучит английский и поступит на самый престижный факультет самого престижного вуза (не выучил, не поступил – ему вообще животных лечить нравится). И пошло-поехало: обиды возникают на ровном месте, практически из ваших фантазий, упреки сыплются на головы родных и близких, как из рога изобилия, а те не понимают, в чем, собственно, проблема и начинают считать себя виноватыми в вашем придуманном «горе».

Таким образом, обижающийся человек уничтожает не только себя, но и навязывает деструктивные ощущения своим близким.

Чтобы обида не разруш

ала ваш мир, ваши планы, вашу личность, необходимо научиться трансформировать это негативное ощущение в положительную энергию успеха и развития.

1. Отпустите обиду, освободитесь от нее. Если вы обижены на конкретного человека или людей, простите их и любым доступным вам способом дайте им понять, что вы на них не обижаетесь, а считаете учителями в своей жизни: напишите им об этом, отправьте смс, позвоните. Если они не хотят вас видеть и слышать, или вы их, используйте метод визуализации – очень ярко и отчетливо представьте человека, которого прощаете, и со всей искренностью и любовью проговорите фразу-прощение. Прощайте не для галочки, а от всей души.

2. Попытайтесь не пускать обиду глубоко в душу, абстрагируйтесь от неприятных ситуаций и неприятных людей. Помните, что обиженные и агрессивные люди – энергетические вампиры и своей обиженностью они провоцируют вас на контакт, чтобы хоть немного подпитаться вашей свежей энергией. Не давайте им такого шанса.

3. Не делайте резких движений на пути достижения своих целей. Представьте, что ваше намерение, талант, способности – это своеобразная энергетическая рука, а конечный результат (то, что вы желаете получить) – светящийся сгусток, шар во Вселенной. Если вы будете пытаться слишком быстро схватить этот шар, то он или в очень короткий промежуток времени удалиться от вас на «безопасное» расстояние, или вам все-таки удастся его захватить и удержать – но не более. Для реализации желаемого вы потратите очень много энергии, но толком не добьетесь результата – он будет совершенно не такой, какого вы ожидали.

В итоге человек понимает, что у него не получилось достигнуть своей цели, разочаровывается, обижается на жизнь, на себя, на Вселенную, которая ему, якобы не помогла, и перестает действовать, а значит, перестает развиваться.

Чтобы не допустить застоя в развитии и не пожинать богатый урожай неудач, взращенных на обидах, рекомендую следующее:

прекратить ожидать от окружающих необходимой вам модели поведения, каких-то положительных на ваш взгляд изменений прямо здесь и сейчас, помните, что Вселенная функционирует по принципу «Никто Никому Ничего Не должен»;
если вы и выстроили у себя в голове какое-то желание (стать богатым, стать любимым), двигайтесь к нему очень плавно и осторожно, не тратьте время на ненужные обиды (вот не получилось сегодня), а постепенно входите в резонанс с этим желанием, демонстрируя спокойствие, а не чрезмерную заинтересованность (если я этого не получу, то прямо жить не смогу).
Обида – это последствие гордыни. Ложное самовозвышение заставляет человека воспринимать себя, любимого, как супер-существо: я самый красивый, я самый умный, я самый успешный. А Вселенная и остальные люди, воспринимают его, как обычного, руководитель устраивает ему выговор за опоздание, как рядовому работнику, любимая девушка уходит от него к другому, потому что не находит ничего для себя интересного в этой личности. «Супер-существо» не понимает, почему его, такого идеального, недооценивают, и начинает ограждаться и защищаться от мира обидой.

Но даже самый зараженный тщеславием и обидами человек может трансформировать свои разрушительные эмоции в созидательную энергию. Все налаживается через искреннее прощение. Простите окружающих, простите всех, кто далеко или близко, всех, кто жив, и кого уже нет, если они вас обидели чем-то. Но, главное, простите себя! Согласно статистике, которую мне приходится вести, работая с людьми, большинство моих клиентов больше всего обид затаили на себя: мог бы сделать, но не сделал, мог бы сказать, но промолчал, если бы я тогда поступил иначе, сейчас все было бы по-другому. Не накапливайте обиды, а если накопили, в ваших силах превратить их в энергию для развития и личностного роста. И это не поздно в любом возрасте, сказать: «Я был неправ, но я себя прощаю и позволяю себе достигать тех целей, которых я достоин!»

Искандер Джин

#домашнееобразование #свободноеобразование #домашнееобучение#семейноеобразование #альтернативноеобразование #дети #ребенок #родители#школа

Один день на семейном обучении

На самом деле все началось примерно месяц назад, когда мы привезли в детскую новую кровать и переставили мебель, из-за чего со стен пришлось временно снять все таблицы Н. Зайцева. А всё временное, как известно, имеет свойство затягиваться надолго. То маме некогда, то мы все вместе куда-то бежим, сегодня сил не осталось, завтра кто-то приболел. Так и живут мои дети без таблиц. Сапожник-то без сапог…
Семейное образование
И вот сегодня мои младшие, забравшись ко мне утром под одеяло, поставили вопрос ребром:

– Мам, у тебя сегодня выходной?

– Выходной.

– Значит, будет время таблицы нам повесить? Нам без них одиноко.

Просовестилась я, и после завтрака принялась за работу. Через полчаса таблицы были на месте.

– Ну! Теперь будем заниматься? – спросила Саша.

– Хорошо! С чего начнем?

– Да я вот все хотела у тебя спросить: ты нас учила «двадцать, тридцать…» – это мне понятно. А когда говорят «двести, триста…» А если один – «одинасти» что ли говорить??

Я поняла что было нужно. Мы пошли к таблице на сотни и разобрались как что называется. А потом достали из папиного кошелька деньги и стали пробовать сосчитать.

Изучение предметов на семейном обучении

Разобравшись что к чему, стали собираться на прогулку. Уже в тёплых штанах и свитере Рита «зацепилась» взглядом за таблицу 1 по русскому языку, которая висит у них в комнате на двери.

– Мама, а кто такие «голландцы»?

– Люди, живущие в Голландии.

– А почему это слово оказалось в этой таблице?

– Потому что в этом слове буква Д пишется, но не читается.

– Да… Я давно заметила, что слова пишутся не так как читаются. Вчера ты нам читала книжку про Кривулю, а я следила как ты читаешь. И я заметила, что ты говоришь «ниссэ», а в книжке написано «ниссе».

– Ты правильно заметила. Это слово нерусское, иностранное. Нужно «е» как «э» произносить. Смотри (показываю в таблицу) здесь еще такие слова есть.

– (читает) Шоссе, ателье, купе… А что, надо «шоссэ, купэ» говорить?

– Верно! Ну пошли гулять! Вспотеешь! После прогулки вернёмся сюда еще раз.

Но после прогулки к русскому мы не вернулись. Просто над столиком, где дети лепят из пластилина, я заодно прицепила таблицу с английскими местоимениями. И Саша, по обыкновению своему взявшись лепить, вдруг ее заметила.

– мама, а это ты нам зачем повесила?

– Ну подумала, вдруг вам будет интересно. Вы ж все время у меня про английский спрашиваете…

– Так это взрослое ж!

– Да какое оно взрослое… Буквы вон какие крупные. Как ты скажешь «я» по -английски?

– I.

– Ну вот, а пишется это вот как.

– Как римская «один» у нас в книжке! – заметила Рита.

– Да, похоже… А вот это you – ты.

Мои близняшки ткнули друг в друга пальцами и засмеялись: «you! Как кошку у Куприна звали!»

– А это he – он.

– Хи-хи! – засмеялись мои пташки. – А как «она»?

– She. Ну-ка несите кубики английские! На кубиках поищем!

Рита сразу нашла «римскую один»: «Это я!» Так же были найдены и все остальные. Я показывала по табличке, а девчонки вертели кубики.

– Мам, а ты обещала, что мы рисовать сегодня будем!

Да, несколько дней назад попались мне интересные видеоролики с новогодними картинками. Дочки мигом приготовили бумагу, карандаши… В видео оказалось, что нужно рисовать пастелью. Нашлись и мелки. Девчонки добросовестно выполняли задания, я только ставила видео на паузу, потому что они не успевали за художником. В ролике предлагалось нарисовать большого снеговика с метлой и мешком подарков.

– Мама, а как по-английски «снег»?

– Snow.

– А «снеговик»?

– Snowman.

– Человек из снега???? Но он же не человек!

– Ну… он похож на человека.

– Snowman, snowman. I love you! – Тут же напела Саша на собственный незатейливый мотив. Сочинять стишки и песенки – обычное для Саши дело.

– А кто дает снеговику метлу? И почему именно метлу? И как по- английски «метла»? А у англичан тоже есть метла?

Мы еще рисовали ёлку и ёлочные игрушки, и зимнюю избушку… Всё называли по-английски, сочиняли песенки. И вопросам не было конца… Мы не заметили, что засиделись допоздна. И тут я спохватилась:
домашнее творчество на семейном обучении
-Девчонки, время позднее совсем! Закругляемся, ужинать и спать!

И тут мои красотульки повисли обе у меня на шее и стали целовать!

– Мама, спасибо! С тобой так интересно и хорошо! Нам так сегодня всё понравилось!

– Почаще бы были у тебя такие выходные!

Скрывать не буду: такое проявление благодарности меня несколько обескуражило…

Перед сном мы еще читали любимого «Кривулю», с которым к нам в дом, вот уже несколько лет приходит в дом новогоднее настроение. И наконец, мои пташки, еще нашептав мне на ухо благодарностей, засопели носиками. Уже засыпая, Саша буркнула из-под одеяла:

«Мам, а «ты» – you?

– Да.

– А «он» – he?

– Верно.

– А что такое «климатические пояса»?

– Где видела?

– Вон там на карте написано.

– Спи. Завтра поговорим.

Какое же это великое счастье быть мамой, быть со своими детьми, отвечать на их нескончаемые вопросы, играть по их правилам и жить их идеями, участвовать в их затеях и выдумках!

О наших затеях – уже совсем скоро!

Автор: Виктория Кузнецова.

8 препятствий на семейном образовании

8 препятствий на семейном образовании

ПРЕПЯТСТВИЕ 1.

Почему мы забираем детей на СО?

Понятно, что все мы с вами разные, и доводы у нас могут быть разные. Я, например, честно признаюсь вам, что 8 лет назад забрала из школы старшего сына только потому, что он не прижился в школе. А если быть еще точнее, я не смогла примириться и понять те методы и то отношение, которое транслировалось на моего ребенка со стороны школы. И в один момент я поняла, что мне легче будет самой обучать своего ребёнка, чем ежедневно пытаться осмыслить тот театр абсурда, который совершенно бесцеремонно ворвался в мою личную жизнь и в жизнь моей семьи.

У кого-то могут быть свои доводы и причины: не нашли общего языка с учителем, ребёнок не воспринимает школьную модель обучения и не воспринимает материал, слишком и неоправданно высокая учебная нагрузка, нерациональное распределение детского времени, особый график работы родителей и много другое.

Но среди нас, родителей СО-шников, есть и те, кто пошли на СО просто потому, что так поступила близкая подруга; у нее двое детей на СО и им так хорошо. Никаких ранних подъемов каждый день, никаких уроков до поздней ночи, рефератов, вызовов в школу, двоек в дневниках, да и самих дневников, школьных утренников, родительских собраний и т д. Есть иллюзия, что на СО больше свободы и сам себе хозяин…
Ответьте себе честно: Какие причины перехода на СО у меня? Какова цель СО для моего ребенка?

 

ПРЕПЯТСТВИЕ 2

Мы на СО! Что дальше?

Но вот к слову сказать: когда я забирала сына из школы, я в принципе осознавала, что я – педагог по профессии и призванию, что за  спиной у меня пятилетний опыт работы в своей школе, поэтому я надеялась только на себя и свои силы и возможности. Был опыт работы по методике Н. Зайцева, как и сами методики, подкопилась и дополнительная коллекция неплохих материалов. Вобщем, я примерно представляла себе чем и как я буду работать. Более того, еще посещая школу, мой сын не понимал очень многого из того, что объяснялось в школе, и мне всё равно приходилось заниматься с ним дополнительно. И в ходе этих занятий я убеждалась наглядно, насколько эффективнее и доступнее были они для моего сына, чем школьные уроки.

Но каков процент родителей, которые, прямо скажем, забирают своих детей … в никуда! И на вопрос: «Как вы собираетесь обучать своих детей на СО?», отвечают рассеянно и пространно: «Ну как-нибудь…» Или кивают в сторону соседа: «Другие ж как-то обучаются…»

А вы знаете как обучать своего ребенка? У вас есть четкий план и стратегия?

 

ПРЕПЯТСТВИЕ 3

Где взять время?

Одни родители успокаивают себя «прогрессивной» мыслью о том, что в школе нерационально распределена учебная нагрузка, да и сама школьная программа вся раздроблена на куски, материал подается бессистемно, учебники скучные и безграмотные, и на СО все это можно переделать. И вот тут-то и начинаются первые сложности. Далеко не каждый взрослый в состоянии организовать даже собственное время. Если ребенок в дошкольную пору посещал детский сад, то организация детского времени изначально не являлось родительской задачей. Эта ответственность и обязанность лежала на плечах воспитателей.

Вы можете организовать свое время? Вы готовы научить этому своего ребенка?

 

ПРЕПЯТСТВИЕ 4

Системность в обучении

Именно из-за необходимости в системном подходе в образовании мы пришли к существующему формату курса, который несет определенную цель в образовательном процессе, а для этого мы планируем учебный процесс, подготавливаем методические материалы и только потом проводим регулярные занятия с детьми. На стадиях подготовки к курсу, определение целей, планирование, подготовка материалов, продумывание темы и материалов занятий занимает у всей команды значительный промежуток времени, который занимает более месяца!
Сколько родителей на сегодняшний день имеют представление об этой самой системе и где ее брать? И что вы готовы предоставить своим детям взамен плохих и никудышных школьных учебников? Ответов на все эти и еще многие другие вопросы у многих и многих родителей нет. В результате ситуация развивается приблизительно по следующему сценарию: на столе лежит стопка тех самых никудышных школьных учебников, перелистывая которые мама видит, как перед ней мелькают заголовки тем, названия параграфов… А в голове зреет вопрос: «Как это все объяснить ребенку? Когда???»

 

ПРЕПЯТСТВИЕ 5

“Я не хочу становиться учителем”

Далеко не все родители видят себя педагогами и учителями. И далеко не каждый родитель ХОЧЕТ заниматься обучением своего ребёнка. И в целом, это объяснимо. У каждого из нас есть наше любимое дело, наше призвание – то, в чем мы себя видим и чем хотим заниматься. Из меня бы вот, например, никогда не вышло бы путного хирурга. Сама ситуация травм каждый раз полностью выводит меня из строя. И даже когда однажды моё дитя рассекло себе лоб, зашивать рану в хирургию повез мой муж. Я прекрасно понимала, что мое состояние только усилит панику ребёнка и будет мешать нормально работать врачам. Поэтому я следила за процессом по телефону. Да, мне можно было бы приложить усилия, подключить волю и поработать над своими недостатками. Но зачем? Не лучше ли направить эту энергию и силы на то, что действительности увлекает и радует?

Ответьте честно: ваше призвание – педагогика? Вы готовы стать учителем?

 

ПРЕПЯТСТВИЕ 6

Отторжение к обучению

Когда мы вынуждаем себя заниматься тем, что нам несвойственно и не нравится, у нас возникает отторжение, которое неизбежно передается нашим детям. Именно этим объясняется тот факт, что во многих семьях дети, перейдя под «учительскую» опеку родителей, быстро теряют интерес к учебе: ребенок начинает активно или пассивно сопротивляться обучению, увиливает от занятий, намеченное не сбывается и счастливая и безмятежная идиллия СО разваливается прямо на глазах.
У вас в семье так же? Только честно.

 

ПРЕПЯТСТВИЕ 7

Создание образовательной атмосферы

В некоторых семьях ситуация доходит до крайности: ребенок круглосуточно неорганизован, предоставлен сам себе и не получает даже должного развития! О продвижении по школьной программе и говорить не приходится. Мне приходят письма, где родители сообщают, что их 8-9 летние дети до сих пор не умеют читать и считать и испытывают реальные трудности с обучением, так как не могут усидеть за занятием более 5-10 минут! Всё это говорит только о том, что вокруг ребенка не создана необходимая образовательная атмосфера, а благодатная для обучения пора неминуемо уходит.

Вам удалось создать атмосферу?

 

ПРЕПЯТСТВИЕ 8

Когда он будет учиться сам?

Есть родители, которые занимают выжидательную позицию. Вот, дескать, подрастет и начнет учиться самостоятельно. Но вот проходит год, два, а заветная пора так и не наступает. Нет, друзья! Поспешу вас разочаровать. Самообразование тоже требует отдельной работы. Это долгий и кропотливый труд. Ну задайте вопрос самим себе: вы в детстве могли самостоятельно взять учебник, составить себе план на четверть или полугодие и самостоятельно продвигаться по нему, осваивая урок за уроком? Прежде чем ребенок научится самостоятельно организовывать свое обучение, кто-то должен научить его как это делается!

Кто? Если мама не педагог и не видит себя учителем, а папа занимает позицию: «Я зарабатываю деньги. А вы заварили эту аферу с СО – сами теперь ее и разгребайте.»

И картина-то получается безрадостная… Мечтали о том, что будем свободны и сами себе хозяева, а получили анархию. У мамы растёт паника и тревога, постепенно укрепляются комплексы «Я – никудышный педагог», «Я – плохая мать», «Я неудачница» …

Вы готовы самостоятельно изменить ситуацию?

 

Благодаря желанию преодолеть вышеуказанные препятствия на пути семейного образования мы разработали курс >>>http://housenn.ru/kurs

 

Автор статьи: Виктория Кузнецова, эксперт в области семейного образования.

Что делать, если ребенок не любит читать и писать?

что делать, если не ребенок не любит читатьВ первую очередь прекратить принуждения, т.к. вы еще сильнее поможете развить ненависть к чтению или письму.

Переключите внимание ребенка на его интересы и увлечения и почитайте с ним то, что ему интересно. Просто будьте рядом и наблюдайте когда ребенок начнет уставать и проявлять скуку, в данный момент просто займитесь чем-нибудь другим, поиграйте, прогуляйтесь.

Чаще хвалите ребенка. При этом даже за малейшее достижение, даже если ваш ребенок прочитал 2 слова, похвалите его. Скажите: «Какой ты молодец!» Иногда можно устроить «голод» к обучению, т.е. вы видите что ваш ребенок может читать 3 минуты, но вы почитайте 2 минуты и скажите: «Ну ладно, завтра дальше почитаем», а он вам отвечает: «Нет, я еще хочу!» Вы говорите: «Ну ладно, давай еще, но только немного, а то нам нужно еще поиграть в машинки».

Если вы видите, что ребенок не любит читать, начните читать сами, дети скопируют вашу модель поведения, и вы удивитесь, но подражая вам, они сами начнут проявлять интерес к чтению.

Проявите заботу, интерес, будете рядом, и ни в коем случае не корите, не ругайте и не нагружайте ребенка. Дайте время поменять отношение.

 

О ВРЕДЕ АТТЕСТАЦИЙ

Моя сегодняшняя педагогическая практическая деятельность вышла на тот уровень, когда вложения минимальны (затраченные временные и финансовые ресурсы), а данные на выходе (продвижения и прогресс учащихся, эффективность занятий) стабильны и постоянны.

Полное принятие и внедрение в практику методик Н. А. Зайцева сыграло в этом главенствующую роль. Гениально разработанные и прекрасно изданные пособия избавили меня от самостоятельного изготовления бесконечных коробочек с карточками и картинками, от вырезания, наклеивания, набора текстов и распечатывания. Системность в методиках освободила голову. Больше не нужно перекапывать горы литературы, терзать интернет в поисках интересных и эффективных упражнений для работы.

С пособиями Зайцева имеем великолепную наглядность, прекрасно оснащенный кабинет и набор готовых приемов работы, который удобен, как набор инструментов, которые всегда под рукой. Остается только правильно их выбрать и скоординировать друг с другом. При подготовке к занятию достаточно вспомнить на каком именно этапе продвижения по материалу находятся ученики и какой вид или прием работы им сейчас наиболее подходит.

С недавнего времени я плотно подошла к внедрению в практику дидактики В. К. Дьяченко, суть которой заключается в том, что дети бесспорно лучше и прочнее усваивают учебный материал во взаимообучении. Попробовав однажды и увидев возможности именно таким образом организованного образовательного процесса, я оставила его в своей практике навсегда. Однако, при таком способе обучения, происходит явное переосмысление роли учителя в учебном процессе. Он больше не является источником знаний и «карающей рукой» для ученика. Учитель во взаимообучении — это навигатор, сопровождающий и направляющий, помогающий организовать процесс обучения максимально эффективно и рационально. Дети сами организуют свое обучение с помощью опор и акцентов, расставленных взрослым наставником.

Всё это высвобождает время и энергию преподавателя и выводит его из состояния рабочей силы, до отказа забитой работой в таких объемах, что всякая творческая мысль останавливается: нет времени осмыслить, проанализировать происходящее, понаблюдать за детьми и за своими ощущениями в работе. В таком состоянии педагог превращается в рабочего массового поточного производства, не имеющего возможности проследить за качеством своей продукции и получить удовольствие и радость от своего труда, разделить эту радость со своими подопечными.

Теперь освободившуюся энергию можно направить на наблюдение и не только за детьми, но и за процессами, происходящими на уроке. А ведь их множество, происходящих одновременно и сплетающихся в единый клубок. Почему у одних ребят наступает такой скорый и легкий прогресс? Почему другим дается так тяжело и трудно? Каким образом происходит процесс восприятия материала у разных детей?

С тех пор, как мне открылся простор для наблюдений, жизнь ежедневно предоставляет мне сотни открытий и тем для размышлений.

Давайте для начала определимся в чем разница между современными аттестациями и традиционными экзаменами, которые проводились в советской школе, чтобы у читателя не сложилось впечатления, будто автор статьи вовсе против того, чтобы знания детей как-либо оценивались. Ведь не случайно даже название «экзамен» из школ сегодня искоренили. Вместо него звучит «аттестация» или, еще лучше, «мониторинг». Современно звучит, правда? Ещё бы! Мы же реформируем образование. Новые веяния — новые слова. Но не в том, на самом деле, я вижу смысл этих перемен.

Аттестация проводится с помощью тестовых технологий. Мы сегодня тестируем автомобили и компьютеры на предмет поломки, прижилось это слово и в медицинской диагностике. Теперь вот мы тестируем детей…

Что такое тест? Тест — это упрощенная схема проверки на соответствие объекта заданным параметрам или спецификациям. То есть, государственные органы образования проверяют детей на соответствие разработанным стандартам, именуемых ФГОС, и на то подходят ли они под те шаблоны, которые считаются эталонами с точки зрения государства. Что делать с теми, кто в заданные параметры не вписывается? Ответ очевиден — они не пройдут аттестацию.

Теперь зададим вопрос: кому нужна аттестация и для чего она устраивается? Я задумалась об этом впервые после беседы с начальником местного Управления образования, которая мне честно призналась, сказав, что аттестации необходимы управленцам: «Проверяют, как мы хорошо работаем».

Всё логично. Идет проверка насколько успешно осуществляется процесс выравнивания всех под единые шаблоны и стандарты, и насколько стабильно и регулярно отстраивается этот процесс.

Очень хорошо смысл данного явления просматривается в красивом слове «мониторинг», которое означает «непрерывный процесс наблюдения и регистрации параметров объекта на соответствие заданным спецификациям». То есть, дети в данном случае рассматриваются в качестве полуфабрикатов, заготовок, деталей для последующей успешной комплектации модели общества. О личностно-ориентированном подходе и индивидуализации здесь и речи нет. Аттестация или мониторинг — это инструмент контроля государства над массами.

Как чаще всего проводится аттестация? Всё максимально механизировано: дети заполняют специально заготовленные бланки, которые проверяются методом цифрового сканирования. XXI век как-никак! Не гоже боле учителям сидеть и корпеть ночами над детскими работами с красной пастой в руках. Имя ученика кодируется цифровым номером. Не дай бог преподавателю во время проверки вспомнить своего ученика, его лицо, семью, которая за ним стоит, парту за которой он сидит.

В постсоветскую эпоху часто передавали из уст в уста миф о том, что при социалистическом строе все мы винтики одной большой государственной машины. Вот теперь чувствуется, где действительно о винтиках-то речь идет…

Теперь вернемся к старым добрым экзаменам, которые считались неотъемлемой частью советской системы образования и были, как я их называю, «живыми». Учащиеся писали контрольные диктанты, изложения, сочинения и сдавали устные экзамены по билетам. Чем такая система оценивания знаний учащихся отличается от современных аттестаций?

Давайте вдумаемся, что представляет собой сочинение, изложение или диктант? Это наполовину творческий труд, выполнение которого требует не отдельно разрозненных знаний или ответов на вопросы, а единой целостной системы знаний, умений и навыков, связанных между собой! А главное, для того, чтобы написать сочинение, изложение и даже диктант, необходимо мыслить! Изложение есть преобразование текста, изложение его своими словами. Сочинение — способность мозга развивать собственную мыследеятельность.

В творческих работах знания, безусловно, необходимы. Но для того, чтобы такая работа состоялась, необходимо эти знания уметь применять в соответствии с твоим общим уровнем развития и той картиной мира, которая на данный момент сложилась у тебя!

Современные тесты, составленные по методу multiple choice (множественный выбор) убивают способность к мыслительной активности напрочь! Действует единая стратегия по превращению наших детей в ходячие справочники и энциклопедии, наполненных бессвязными фактами самого разного толка, что ведет к формированию у учащихся мозаичной картины мира. Целостного образа (вспомним истинное значение слова «образование») не складывается.

Традиционные же экзамены по билетам всегда и везде устраивались во благо ученика! Устный экзамен — это превосходная возможность подытожить, систематизировать и обобщить материал изученного блока, программы, курса и т. д. Незадолго до экзаменов учащиеся всегда получали список вопросов, из которых впоследствие формировались экзаменационные билеты. Что являли собой эти самые вопросы? Это опорные пункты, маяки, ориентиры, элементы той самой системы знаний, которую учащимся было необходимо освоить.

Мне, как продукту еще нереформированной советской школы, при подготовке к экзаменам частенько приходилось сталкиваться с фактом, что многие экзаменационные вопросы частенько повторяли сами себя, то есть предлагали рассмотреть одно и то же явление, только с разных сторон. Или, скажем, то, что проходили по одному предмету, проходили и по другому. Частенько в биографиях писателей, изучаемых в курсе литературы, мы сталкивались с некими историческими фактами или сведениями из области географии. Неизбежно перекликаются химия, физика, биология и математика, поскольку отражают одни и те же процессы, но с разных точек зрения. Вот он синтез разных наук в единую целостную картину мира!

Каждый устный экзамен ориентирован на личность ученика. Каждый ответ индивидуален и неповторим. Для того, чтобы ответить предмет устно, мало, опять же, помнить разрозненные факты. Решающее значение имеет всё — и то, как ты мыслишь, и то, как развита твоя речь, и, конечно же, то, что ты знаешь, и, кроме того, твое собственное отношение к изучаемому предмету. Все эти компоненты должны сочетаться друг с другом тесно и гармонично.

Теперь, когда мы рассмотрели разницу между современными аттестациями и традиционными экзаменами, мы смогли четко увидеть, что между ними не просто разница, а настоящая пропасть — разные цели, разная суть, разная ориентация.

Промежуточная аттестация вредит не только детям, находящимся на семейном образовании, но и школьникам. Но в школе она хотя бы является логичным компонентом, встроенным в общий процесс обучения и соответствующий полностью его принципам. Но применение регулярной аттестации в семейном образовании нелогично и даже абсурдно, так как не только не соответствует самой сути обучения в семье, но даже противоречит ей.

Никто не станет спорить с утверждением, что семейное обучение является личностно-ориентированным. Оно не может быть иным просто благодаря своей природе. Каждая семья уникальна, нет двух одинаковых семей, как нет двух одинаковых людей. В каждой будут свои темпы обучения, своя траектория и последовательность в освоении ребенком знаний, свой образ мыслей, своя логика и, соответственно, свои результаты. Если в школьных условиях отшлифовать всех индивидуумов под одни стандарты задача вполне реальная, то в условиях семьи говорить о единых государственных стандартах гораздо труднее.

На сегодняшний день в России созданы как никогда благоприятные условия для развития семейного образования. Федеральный закон не только отпустил детей из-за школьных парт в семьи, упростив саму процедуру оформления, но и освободил от обязательных регулярных промежуточных аттестаций.

Так почему же тогда, несмотря на закон, во многих семьях до сих пор достаточно остро стоит проблема ежегодных регулярных аттестаций? Становится совершенно очевидно, что в данном случае дело уже не в законе, а в самой семье, где родители не доверяют ни самим себе, ни своим детям. И для того, чтобы адекватно оценить уровень развития и степени обученности своих детей, необходима оценка со стороны третьего лица.

Из опыта общения с различными семьями замечено, что чем более отстраненную позицию занимают родители по отношению к образованию детей, тем более категоричны их требования, касающиеся оценивания результатов обучения. Что вполне закономерно. Когда родители шагают рука об руку вместе с ребенком, когда они в курсе всех событий детской жизни и являются непосредственными свидетелями попыток, успехов и поражений маленького ученика на пути к овладению знаниями, им не нужны дополнительные оценки и мнения специалистов.

Особенно нелепа ситуация, когда ребенок учится по программе начальной школы. Неужели родитель, приложивший столько усилий для того, чтобы его чадо овладело элементарной грамотой (программа предусматривает именно такой объем знаний), не в состоянии без помощи аттестационных комиссий оценить насколько хорошо его ребенок читает, считает и грамотно пишет? Очевидно нет, если, взяв его за руку, он тащит его в школу на растерзание специалистам для того, чтобы те, на основании примитивных тестов, необъективно оценивающих действительный уровень развития ребенка, вынесли вердикт.

Но ведь и этим всё не заканчивается. Уже было упомянуто, что к мониторингу тянутся именно неуверенные в себе и недоверчивые родители. Тогда как они могут быть уверены, что ребенок успешно пройдет эту самую аттестацию? Возникает ситуация, в которой родитель загоняет в кабалу и себя, и ребенка. Он начинает в спешке ломать естественную и природосообразную парадигму семейного обучения и полностью встает на путь муштры и натягивания на тесты. Что происходит в этом случае?

Ломается свободная траектория и нарушается индивидуализация в обучении. Ребенок направлен теперь не на познание того, что ему интересно, а на то, что нужно показать в тестах.

Ребенок перестраивается с внутренней мотивации (я хочу учиться, потому что мне это нужно) на внешнюю (написать аттестацию для кого-то, чтобы все отстали).

Самый страшный враг любого обучения — это направленность на результат. Ребенок решает задачи по математике не для того, чтобы стать математиком, а потому что математика развивает мозг! Мы читаем книги и изучаем литературу не для того, чтобы стать литературными критиками, а для того, чтобы развить эмоциональную сферу ребенка, научить его мыслить, рассуждать и чувствовать. Литература учит состраданию, милосердию, участию в жизни другого человека, она учит нас верить, наблюдать. Мы учим детей музыке вовсе не для того, чтобы они непременно стали виртуозами и выигрывали всероссийские конкурсы… Список можно продолжить.

В образовании главное не результат, а процесс, внутри которого формируются важнейшие качества, необходимые человеку для жизни! Какие нужно разработать тесты, чтобы измерить волю человека, его осознание собственной ценности, степень сформированности характера, богатство внутреннего мира, гармоничность развития психоэмоциональной сферы? Возможно, они есть, такие тесты, но только не в наших школах, поверьте. Чтобы по достоинству оценить ребенка, необходим возврат к устным экзаменам и старым добрым творческим письменным работам.

Гонка за оценкой и результатом принесет нам еще немало бед. Начиная судорожную подготовку к тестам, родители неизбежно усиливают учебную нагрузку на ребенка. Еще раз повторюсь: это неизбежно. Чем ближе «судный день», тем сильнее душит родителя страх и тем сильнее он замыкает кольцо вокруг свободы ребенка: загружает его доверху однотипными задачами, хватается в последние моменты за недочитанное и недоученное. И происходит совершенно недопустимая вещь — совмещаются учеба и аттестация! Это роковая ошибка — пытаться за несколько дней до экзамена всовывать в ребенка недочитанные параграфы и темы! Многие родители получают результат совсем обратный: внимание ребенка рассеивается, он начинает гораздо чаще допускать ошибки и забывать то, что, казалось, знал очень хорошо. И нет в этом ничего удивительного: в стрессовой ситуации переутомившийся мозг блокируется и перестает воспринимать информацию и адекватно ее обрабатывать.Как вы думаете, результаты, которые ребенок покажет на аттестации в такой ситуации, будут удовлетворительными или, хотя бы, действительно реальными, судить о которых можно будет объективно? Я думаю, ответ на это вопрос вы найдете сами. Вместо, а точнее, вместе с оценками, обеспечивающими неуверенному родителю спокойствие (временное, до следующей аттестации), мы получаем переутомленного, сбитого с толку ребенка. Что же сделается с его учебной мотивацией, которую мы так бережно холим и лелеем, и которая является основой любого образовательного процесса? Забудьте о ней. После пережитого стресса ребенок заявит свои права на заслуженный отдых и, скорее всего, до окончания каникул вам не удастся заставить его открыть книгу или размяться устным счетом.Именно так, постепенно, шаг за шагом, благодаря ориентированности на результат, мы вырабатываем у наших детей стойкое неприятие ко всему, что касается учения. Если вам действительно хочется подвести логический итог вашей семейной учебной деятельности, то возродите внутри семьи традиции классического экзамена.

За месяц-полтора составьте список экзаменационных вопросов, включающие материал, который вы изучили и хотели бы систематизировать.

Обязательно помогите своему ученику в подготовке к экзамену, особенно если это первый в его жизни опыт. Помогите ему составить мини-конспект ответа на каждый вопрос, порепетируйте каким образом должен звучать устный ответ.

Помогите ребенку в организации режима подготовки к экзамену. Распределите вопросы по степени трудности, по количеству билетов в день, чтобы нагрузка распределилась равномерно.

Подготовьте вместе с ребенком все необходимые наглядные материалы, которые могут пригодиться при ответах: карты, схемы, чертежи, репродукции картин и т. д.

В день экзамена создайте торжественную атмосферу праздника: организуйте экзаменационный стол, накройте его нарядной скатертью, поставьте букет цветов. Обязательно заранее сформируйте экзаменационную комиссию, куда могут входить заинтересованные родственники и другие значимые для ребенка взрослые, принимающие в его жизни активное участие и находящиеся в дружеских отношениях с ним.Почему-то у многих существует желание создать стрессовую ситуацию для своих детей. Дескать, чего маме-то не ответить, хочется посмотреть, как ребенок будет вести себя с чужим человеком… Почему в нас сильны такие желания, зачем, по нашему мнению, в жизни детей нужны чужие, ничего не значащие для них люди? Потому что жизнь так сложна, что мы стараемся «закалить» детей, чуть ли не с пеленок устраивая им различные испытания и препоны на пути развития.Для того, чтобы ребенок вырос максимально устойчивым к неблагоприятным условиям, нужно не расшатывать его нервную систему, а укреплять ее! А известно ли вам, что выступать перед любимыми близкими людьми во много раз ответственнее? Дети любят нас и стараются изо всех сил радовать и быть хорошими. Поэтому правильно организованный домашний экзамен может стать для ребенка настоящим уроком по воспитанию воли и характера.

Как и на классическом экзамене, ребенок тянет билет наугад, зачитывает вопросы комиссии и получает заранее обговоренное количество времени на подготовку. По желанию ученик может составить письменный план ответа.

В назначенное время ученик призывается к ответу, последовательно излагает всё, что знает по данному вопросу. Приветствуются дополнительные вопросы.

Каждый участник экзаменационной комиссии оценивает ответ ученика. Затем результаты суммируются. Чем больше состав комисси, тем выше ответственность ученика при ответе, тем сильнее закаляется его эмоциональная устойчивость и тем объективнее будет оценка.

Правильно организованный экзамен — это действительно мощнейшее воспитательное средство, помогающее нам воспитать поколение психически устойчивых молодых людей с адекватной самооценкой, способных к систематической мыслительной деятельности.

2015 г.